byka: (крестиком)
В пятницу на нас неожиданно упали деньги. Нет, мне не отдавил ногу печатный станок и у нас даже не умер дядя-миллионер. Мы просто неожиданно получили зарплату. Зарплату обещали задержать на неделю (в прошлый раз после такого обещания ее задержали на двадцать дней), поэтому рано мы ее не ждали. А ее дали.
Поэтому мы решили, что раз такое счастье - надо пойти и что-нибудь купить. Потому что известно, что если мы сейчас что-нибудь не купим, то к концу месяца все равно денег не останется - а так хоть будет какая-нибудь фитюлечка.

В качестве кандидатов на роль фитюлечки назывались:
- новый коммуникатор для Мена (я отдавала предпочтение этому пункту, а Мен сопротивлялся)
- посудомоечная машинка (Мен отдавал предпочтение, я сопротивлялась)
- стиральная машинка (я требовала, Мен имел возражения)
- микроволновка
- подарок маме.

И вот в субботу, гордо и самоотверженно не вылезая в ВОВку, мы отправились в МедиаМаркт на рекогносцировку.
Именно МедиаМаркт был выбран во-первых потому что он почти рядом с домом, во-вторых потому что мы там уже покупали папе плеер, а в-третьих - потому что нам там нравится.
Read more... )
byka: (Default)
..В Мокрых Землях было сыро. В этом, конечно, нет ничего удивительного: на то они и Мокрые Земли, чтобы там были болота, грязи по колено и вечная сырость.
Но сегодня там, ко всему прочему, был дождь. Земля стала скользкой и вязкой, механический страус все время намеревался утонуть в болотах, поэтому ходить приходилось пешком.
Маленькая гномиха с большими глазами родилась в краю вечной зимы, она любила белый пушистый снег, как на родине, а еще - пышную зеленую листву, которая привела ее в неописуемый восторг, когда она попала в Лох Модан. Болота и сырость она терпеть не могла.
Read more... )
byka: (devi)
На углу улицы Крупской и какого-то дома живет крыса. Обыкновенная такая серая уличная крыса. Она обитает в одной из ракушек (да, это один из немногих районов в Москве, где еще существуют ракушки) и ходит питаться на клумбу. Не знаю, что растет такого вкусного на клумбе, но ее она определенно предпочитает помойке, хотя помойка значительно ближе к ракушке. А еще крыса таскает хлеб у голубей. Одна из окрестных бабулек, полагая, что выбрасывать хлеб - грех, кормит хлебом голубей. Голуби, в принципе, и без того вполне себе сыты, ибо в соседнем продуктовом тоже считают, что хлеб выбрасывать грех, но и от старушкиного хлеба они тоже не отказываются. Крыса летать не умеет, поэтому продуктовый кажется ей не таким уж ближайшим, и она вынуждена довольствоваться хлебом от старушки. Старушка этим недовольна, она кричит крысе "кыш", но вниз со второго этажа спуститься ленится, а крыса ее всерьез не принимает. Зато она принимает всерьез людей, которые ходят мимо: смотрит на них очень серьезно, оценивая, стоят ли они того, чтобы от них спрятаться. И если находит, что стоят - чинно удаляется домой, в ракушку, не забыв прихватить в зубках кусочек хлеба.
Крыса там не одна. Ну, то есть, под ракушкой живет, конечно, одна крыса, но в этом доме есть и еще одна. Крысу зовут Мышь, размером она в три-четыре раза больше нашей знакомой, и живет она на подоконнике какого-то учреждения. Она выглядит в точности как советская пластмассовая игрушка-мышонок, только значительно больше. Она занимает почти половину подоконника, стоит и смотрит в окно. Угла, на котором дают хлеб голубям и крысе, Мышь не видит, поэтому две местных крысы до сих пор не знакомы между собой.
Read more... )
byka: (1)
Сейчас бука будет нудеть.
Сегодня днем моя френдлента сообщила о гибели одной из моих френдов. Я расстроилась, испугалась и вообще испытала всю гамму чувств, ответственных за подобные события. Учитывая, что день и без того был тяжелым, приятного во всем этом было мало.
Несколько часов спустя выяснилось, что это была такая добрая шутка. Кто-то завел журнал, вероятно, специально для того, чтобы сообщить о гибели этого человека - а на самом деле никто, оказывается, не умирал. Что, конечно, не может не радовать.
Read more... )
byka: (Default)
Глупо получилось и напыщенно. Ну да ладно.
Read more... )

Да, представить себе, как умирали дети в Беслане и во время захвата Норд-Оста - страшно. И в дрожь бросает, и думать больно. Но очень важно понять, что именно этого страха и боли от нас ждут те, кто это затевает, и что именно этот наш страх ведет к их победе в войне, которую они нам уже навязали.
И что единственный способ не дать им шанса - забыть. Не обращать внимания. Продолжать водить детей в школу, летать на самолетах, ходить в театр и ездить отдыхать в Турции.

Это тяжело, но необходимо.

Потому что один раунд мы уже проиграли.
byka: (Default)
Есть у меня две тетушки с материнской стороны. То есть тетушек, конечно, у меня значительно больше, но две из них, а вернее, их сыновья, заслуживают отдельного внимания.
Read more... )
byka: (Default)
Ночью мне, наверное, что-то приснилось, потому что утром я проснулась с четким ощущением, чт скоро, вот через неделю, максимум через две, я поеду в деревню. В лето, запах дыма, клевера и росы, к велосипелам и бабочкам, за грибами и черникой.
И целых несколько секунд была абсолютно счастливой - когда лежала и представляла себе, как мы с папой пойдем на автовокзал, купим билеты, а потом рано-рано утром уедем в деревню, на целых три недели. Будем ехать, смотреть в окошко на встречные машины и радоваться: они уже возвращаются с Селигера, а у нас отпуск только начинается! И за три недели мы успеем один раз искупаться, два раза съездить на рынок в Селижарово, три раза сходить к тете Шуре за творогом, много-много раз сходить в лес и немножко покататься на велосипедах. Возможно, даже до источника доедем. А если очень повезет и будет не лень - так вообще скатаемся на разведку - вдруг найдем короткую дорогу к Волге?...
А потом я окончательно проснулась. Вспомнила, что сегодня шестнадцатое января, до лета еще пять месяцев, а до деревни - аж целых шесть с половиной.
И, главное, можно сейчас все бросить, позвонить Алексею, напроситься в гости и уехать в Селижарово. Хоть на целую неделю. Или уволиться и уехать туда на целый месяц.
Только до лета все равно пять месяцев. А до грибов - семь.
Теперь я сижу, смотрю августовские фотки, на чем свет стоит ругаю себя за то, что так мало наснимала в этом году, и страшно боюсь, что никогда больше туда не вернусь.
Это вообще новообретенный страшный страх. Ужасно, до паники, бояться, что никогда больше не попаду в деревню. Неважно почему - мало ли, как оно сложится.. От самых трагических событий до банального "некогда"...
Я никак не могу понять, за что я так люблю эти места. Никогда ведь не любила деревни. Всегда считала себя сугубо городским человеком...
А вот уже несколько лет на три недели в год приезжаю в деревню, а все остальное время живу в тоске по этим местам и в страхе, что никогда больше туда не вернусь. Или что отпуск на август не дадут, и я не увижу августовский туман (в июле - совсем другой, я проверяла), отцветающие цветы и спелую бруснику. Или, хуже того, поеду в деревню не на три недели, а на две. Или на одну. Это лучше, чем ничего, но что можно сделать в деревне за неделю, скажите на милость?.. Аклиматизироваться и два раза печку протопить. А потом надо упаковываться и ехать домой.
Может быть, все-таки все бросить и уехать в Селижарово?.. работать где-нибудь в детском доме... Зато не бояться, что в этом году не удастся туда попасть.. А Москва никуда от меня не денется...
byka: (Default)
Памятка для уже не холостяков.

1. Проводить жену в отпуск, долго сокрушаться, что предстоит три недели в полном одиночестве.
2. К концу первой недели обнаружить, что тарелки и вилки надо иногда мыть. Чтобы было из чего есть.
3. Обнаружить, что мыть достаточно одну тарелку и одну вилку. Когда закончатся кружки, их можно не мыть - просто последнюю не ставить в раковину.
Read more... )
byka: (Default)
Все-таки писать грустную и трагичную литературу так, чтобы читатель сказал "Дааааа... Это вееееещь!..." - легко. Надо просто много-много всякого очень трогательного/симпатичного/доброго/светлого и один большой облом. Или просто много-много подросткового депресняка с трагедией за жизнь. А еще - это сейчас модно - поругать, например, милицию. А лучше - высшие силы в лице оченьбогатыхлюдей. И подвести читателя к мысли "дааааа, ооочень жизненная книиига..." Подростковый депресняк когда-то был свойственнен всем, и вспомнить это состояние иногда бывает оччень приятно. Слова, что мир жесток - очень хорошее оправдание любым своим проблемам. А если еще и всплакнуть довелось над книжкой (ну, или в мужском варианте - трагически вздохнуть) - все, бестселлер готов! А если в уста героев вложить что-нибудь очень умное (и всенепременно депрессивное) - все, ребята, это классика. А ееееесли на депрессивные мысли герои только намекнут, но вслух не скажут - это высокая литература. Все рыдают и гордо говорят друг другу "А я Этого читал. Так пишет, так пишет! Правда жизни..." и трагически вздыхают.

А вот написать такую литературу, которая, выражаясь фэнтзийным языком, призывала бы бороться "за добро", а не "со злом"... Да нет, даже не бороться, просто жить своей жизнью, не обозляясь на нее, жизнь, за то, что она "вот такая" - фигушки. Тут, знаете ли, на одних оборонительных рефлексах сыграть не удастся. А хэппиэнд эстетствующие литераторы все равно назовут притянутым за уши, даже если ничего органичнее придумать нельзя.

А ведь порой одни и те же мысли можно донести до читателя с трагическим пафосом или просто с иронией. С иронией только немножко сложнее, потому что пафос - это Литература, а ирония - так, анекдотики. И если таланта у тебя - чайная ложка, а писательского мастерства - на уровне.. ну хорошо, не средней школы, абитуриента журфака, трагическую литературу ты писать сможешь, только в путь. А вот до смешного еще надо дорасти.

Не, я ни про кого конкретно. Я отвлеченно. Надоело читать про то, как плохо жить.
byka: (Default)
...Гулять в ботаническом саду надо весной. Поздней весной, когда цветет черемуха, или даже сирень. Долго-долго собираться - то ты потеряла беретку, то брат требует взять любимую пожарную машину, то родители ругаются по пустякам. Родители непременно ругаются - это такая традиция семейных прогулок. Но в ботанический сад все равно непременно идти. В большой бутылке из-под "пепси" ("супербутылка", да), или в квадратной пластмассовой бутылке от апельсинового концентрата - компот. Даже не совсем компот, просто черносмородиновое варенье, разведенное в кипяченой воде. В большом, огромном, гигантском термосе - чай с сахаром. В целлофановых мешочках - яблоки. А в фольгу завернуты бутерброды. Бутерброды должны быть непременно на свежайшем хлебе. И с бужениной. Или, на худой конец, с вареным мясом. Будербродов ровно четыре - каждому по штуке.Read more... )
byka: (Default)
...После смерти прабабушки и тети Веры некогда дружная семья стала потихоньку разваливаться. Братья и сестры виделись все реже и реже, встречаясь только на редких свадьбах и учащающихся похоронах. В дом по-преждему приезжали Нина, Иван и их семьи. Их дети по-прежнему в глубине души своей родиной считали не московские квартиры, а этот самый дом. И когда у них, в свою очередь, подросли дети, их тоже стали отправлять на лето отдыхать в деревне.
..Дом тогда был большой, просторный и светлый. Там была и большая кухня, по расположению больше похожая на очень большие сени, и огромная жилая комната с пятью окнами и большими старинными часами с боем, и бабий угол, называемый, на новый манет "кухней", и кладовка, называемая по-старому "горенкой", и две терраски по обе стороны от крыльца...
Read more... )
byka: (Default)
..Этот дом срубили в тридцатые годы, когда люди всей деревней перебрались из голодного Ставрополья "поближе к Москве". Дом был большой, добротный, и стоял прямо у дороги. В войну в нем жили немцы, потом - австрийцы, а хозяева ютились в наспех слепленой землянке во дворе. Хозяев в то время у дома было много: мать, пятеро детей (старшей - семнадцать), бабушка и отец, который, вообще-то, уже ушел на фронт, чтобы пропасть там без вести. Дом видел и эсэсовцев, напугавших всех до полусмерти, и австрийцев, довольно безобидных по сравнению с немцами, и советских солдат, отобравших всё, что не отобрали до них. Дом пережил войну, лишившись только одного человека - отца, который ушел на фронт и не вернулся.
..После войны строили шоссе, и дом разобрали по бревнышку, чтобы убрать оттуда, где должна была пройти трасса. Трасса идет теперь на том самом месте, где когда-то стоял этот дом.
..А бревна перебрали, перерубили, как водится, нижные и верхние венцы, и поставили дом на противоположном конце деревни, ближе к речке - там, где он и стоит по сей день.
Read more... )
byka: (2)
.. В продолжение темы книжных миров и продолжений книг.

В очередной раз перечитала "Волшебника Земноморья", вернее, самую любимую мною часть "Гробницы Атуана". Тогда, когда я читала эти книги в первый, второй, третий раз - до появления "Техану" - я все пыталась представить, что же было потом.... Представьте себе мое разочарование от "Техану". Кто читал все четыре с перерывом не меньше года между третей и четвертой - поймет, скорее всего.

Так вот, говорю я вам, было все совсем не так. "Профессор ошибался".
Read more... )
byka: (Default)
Я периодически "застреваю" в мирах, описаных в книжках. Хочется перечитывать какую-то книжку снова и снова, только для того, чтобы лишний раз оказаться в ее мире. И совершенно не важен сюжет или его отсутствие, и никакого значения не имеют персонажи и их характеры.. Ну, почти никакого. Впечатление производит именно мир, атмосфера книги.
Read more... )
byka: (Default)
Каждый раз, оказавшись в каком-то чужом месте (и не важно, другой ли это конец одной и той же Москвы или совсем чужой город), я думаю, что не так уж оно от меня далеко, это место. Что, вообще-то, сюда можно приезжать хоть каждый день/неделю/месяц, стоит только захотеть. И что те полчаса/час/два часа/ночь/два дня дороги - не так уж много, и я непременно, обязательно, соберусь и приеду сюда еще, и чем скорее, тем лучше. Зачастую даже назначается дата гипотетического следующего приезда...
Read more... )
byka: (Default)
У нас, вообще-то, много замечательных соседей в доме. Но одни из них заслуживают особого внимания, ибо стоят цеееелого зоопарка (с)
Read more... )
byka: (Default)
у меня на рабочем столе картинка - Километр. Я могу чуть ли не часами сидеть и разглядывать ее.. Представлять себе, как я иду по той дороге, сворачиваю направо там, где начинается последний видимый отсюда подъем и иду по грунтовой проселочной дороге, а потом - по высокой, по пояс, траве.
Там, совсем недалеко от этой всегда пустой дороги, есть лес, одной стороной выходящий в поле, к дороге, а другой - на берег речки Песочни. А в лесу том - просека с высоковольткой. На просеке растет с полдюжины сортов разноцветных мхов, дикое количество многолетних грибочков (страшно симпатичных), малюсенькие елочки и березки.. А еще там есть ягоды. На одном квадратном метре можно одновременно найти спелую малину, землянику, чернику, морошку и, конечно, бруснику. И грибы. В основном там растут подберезовики, но можно найти малюсенькие, только что высунувшиеся из земли подосиновички и огромные белые.
Можно пойти на эту просеку, есть горстями бруснику, выискивать земляничинки и представлять себе, как красиво тут весной, когда цветут ландыши..
А можно не сворачивать туда в траву, а пройти по грунтовой дороге немножко дальше, и свернуть уже в лес. Воздух в этом лесу совершенно особенный. Начать с того, что он там зеленого цвета. Вот везде воздух как воздух, прозрачный и невидимый, а тут - тоже прозрачный, но зеленый. Пахнет он лесом - немножко хвоей, немножко прелыми листьями, немножко грибами и какой-то травой. Его можно есть ложкой, этот воздух - и держу пари, он питательней всех ваших гамбургеров.
Сейчас там все серо-бурого цвета, с темно-зелеными вкраплениями сосен и черно-белыми березами. Листьев на деревьях уже почти совсем нет, а трава в поле лежит светло-коричневой шкуркой, и кажется, что это шерстка какой-то диковинной зверушки - длинная, мягкая и ухоженная. Кто ее знает, кто ее, травку, причесал.. И все вокруг прозрачное - удивительно прозрачное.. Можно увидеть леса за десятки километров отсюда, и деревни, которые обычно скрыты друг от друга густой листвой...
И можно бродить там, бродить, пока совсем не стемнеет, а потом прийти домой - старый, начавший уже чуть-чуть разваливаться маленький дом и затопить сразу обе печки. Тепло сразу будет от русской печки - перед ней можно сидеть, как перед камином и греть руки. Но стоит отойти на шаг в сторону и тепла от нее не чувствуется. Дом первой прогреет ляжанка, она станет горячей и в доме потеплеет. А русская печь будет прогреваться несколько дней - внутри у нее горячо, а снаружи она еще долго будет оставаться холодной. В доме запахнет дымом, и ненадолго повиснет легкий туманчик - печки чуть-чуть дымят, пока не разогреют дымоход. И можно сидеть у печки за столом, при свете огня из печки и керосиновой лампы, наполненной маслом, жарить на палочке колбасу, пить чай из термоса и ждать, когда закипит чайник....

В этом году я так и не съездила туда осенью.

А для вас это всего лишь не очень удачная фотография.

Profile

byka: (Default)
byka

July 2011

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526 27282930
31      

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 08:43 am
Powered by Dreamwidth Studios